ца Ад

ряном подносе, - я, не колеблясь, протянула руку и положила на

артнёрство, - сказала я ровным и

оил этот ужин. Скорее всего, это опустошит мой счёт дочиста. Но это был вопрос гордости. Я не буду содер

амер. Его взгляд метнулся к Кадену

за моим маленьким актом неповиновения и позволяя мне сохранить достоинство этого жеста. Е

дамскую комнату. Мне нужна была секунда, чтобы ополоснуть лицо холодной водой, посмотреть на собственное о

вшись руками в её прохладный край, и глубоко вздохнула. Отражение, смотревшее на меня, было

альше по коридору донёсся приглушённый, взволнованный шёпот.

ерить? Так скоро! - в

ковал. Это официально! - сказала другая

ерь. Мой собственный телефон в сумочке показался тяжёлым. Онемевши

нды. В нём восхвалялся «кроткий дух» Хейли и её «непоколебимая преданность стае». Говорилось о «естественной, неоспоримой

на Салливан просто перестала существовать. Я была не

бокое, леденящее безразличие. Последние остатки верности, привязанности, принадлежности к стае Чёр

. Подняла подбородок. И вернулась

ою дебетовую карту и чек обратно на серебр

чено, мисс

». Я взглянула на часы. «Уже поздно. Мне завтра рано встават

ться наедине со своими мыслями, но я не могла больш

ая пиджак со спинки стула. Он с лёг

он. - Ян проводит

ал. Он понимал мою потребность в дистанции, в

азала я, слова прозвуча

следуя за молчаливым официантом, который провёл меня к другой машине - непримет

ца Ка

у, исчезают в сверкающем гобелене города. Она шла с прямой спиной, королева в изгнании

ёл Давид Прайс, склонив голову и держа в

- Как вы и приказали, карта леди не была и

л я, не отворач

на её карте... не хв

или её ни с чем, кроме карманных денег, ожидая, что она приползёт обратн

стало маской холодной ярости.

ый офис на тридцать пятом этаже. Перемести её документы, её команду - всё, что ей нужно. Я хочу, чтобы к утру она была в рабочем состоянии. За

с Яна был спокойн

й карту «Центурион». Безлимитную.

ьё имя

шком много гордости. Пусть ей отправят карту от имени «Ониксового зала» завтра утром. Скажи,

сделан

и непокорности. Связь пары, которую я долгое время считал политическим неудобством, теперь пылала огнём у меня

рзнуть. Они пытались

. Я сожгу весь их мир д

ы, воздух вокруг меня похолодел на