ца Да

дверей отделения

иб от падения, но она не переставала рыдать, ее п

ебя, отстраняясь гораз

ение почему-

первобытного ужаса стремительно

ребра так сильно, что пр

глаза Арины в ресторане. Я

нок сразу перешел на голосовую п

нее сообщение от нее, состоящее из о

ди что-то

в пол, пролетая на

евел по скользким, залитым

крылись в моем пентхаусе, тяжелая бро

жей меди ударил мне в нос еще д

безупречному итальянскому мрамо

й "Грач" и во

ь на полу в огромной л

ка, обеими руками отчаянно

проигнорировал его, ме

лежа

луоткрыты, слепо

ьно бледным, губы ед

од снотворного валялся рядом с

хватки. Он ударился о паркетн

Ар

, разбившись в хри

ая на колени. Я обхватил

была л

т, - лихорадоч

лабом, самом тихом трепетании жизни. На одно ужасающее мгновение не было ничего. А зате

на руки, прижим

пугающе легким, к

силой воли мог приказать ее оста

шишь меня?! Очни

телефон и

ем скорую, выплевывая лихорадочные прика

что я даже не узнал сломленно

убоко вдыхая. Ее волосы все еще пах

взгляд у

ясь по краям кровью Бориса,

ли знакомые изг

том, как она всегда хотела быть только моим щитом

рушилась на мои плечи, как будто соби

На темный, лиловый синяк, расцветающий н

аконец-то разорвалась, оставив меня совершенн

лгала мне. Она

их глаз, прокладывая дорожки п

етербурге сидел, рухнув на пол, прижимая свою жену

с кристально чистой, см

нное сердце, которое когда-либ

я в абсолютном од

я, что это

-