Я переродилась, чтобы любить своего миллиардера-параноика

, бросив мужа-миллиардера ради мужчины, к

а меня ждала смерть. Трое наём

любовник лениво бро

ё чисто. Ни

нять с моего запястья бриллиантовый браслет, прежде чем швырнуть меня в ледяную бездну. Они уже пра

ующую тьму, ледяная солё

рий Воронцов – муж, которого я измучила своим предательством, и единственный мужчина, который по-настоящему меня лю

а исчезла, сменивши

трас разъярённый Дмитрий. Я вернулась на три года назад –

я, я расслабила запястья, заглянула в его

жен

Александру Лебедеву по лицу, впиваясь

здна международных вод. Впереди – трое наёмников с густыми тат

Каждый резкий хлопок заставлял Александру отступать на шаг, пока её спина не упёрлась

. Желудок скрутило в тугой, болезненный узел. Ледяной ужас сковал тело, отн

етра прорезал

ка донёсся голос Антона Павлова – голос, который Александр

к», – приказал Антон. Тон был таким

тельный смех. Кристина Лебедева

о клинок, выбив весь воздух. Лёгк

Жанна Новикова. Её лучшая подруга. – «Он, конечно, безвкусица, но загнать м

ой удара. Ноги подкосились, и она осела на ледяные пери

я труба со свистом описала смертельную дугу, целясь ей прямо

лександры ударил разряд чис

а. Тяжёлая труба вместо её головы врезалась

доставить им удовольствие. Она не закричала. Она просто отки

е перила – в л

тично мелькали обрывки разрушенной жизни: ссоры, к

сть океана был сокрушит

. Солёная вода тут же хлынула в нос и рот. Парализующий хол

дра заставила себя открыть глаза. Далёки

орожно сжималась, но она стиснула зубы, от

ющего сознания во тьме вспы

ий Во

ние на его лице, когда она в последний раз сказала ему, что ненавидит его. Глу

неё будет ещё один шанс, ещё один вдох, она

бедило. Зрение сузилось до точки

е ледяной воды

оглощающая, удуш

й, судорожный вдох. Это была не ледяная солёная вода. Это

ело. Она ожидала почувствовать горький привкус океа

привыкая к тёплому полумраку, сочивш

придавливала её запястья

Александра яростно забила ногами, ожидая ударить по воде, но в

неё над ухом. От глубокого баритона

голову. Расплывчатое зрен

ящие тёмные глаза

пугающая смесь ярости и отчаянной, собственнической нежн

рела мимо его широких плеч, узнавая тёмное изголовье из красног

она не ступа

рудная шёлковая сорочка, которую она порвала в

ё, снова перехватывая дыхание. Она не просто выж