я снаружи клубной музыки. Комната была погружена в тусклый янтарный свет. Антон Стрельников и Глеб Васильев уже

бокал из руки Глеба и одним отчаянным гл

хо прис

ли жёнушка наконец-то припрята

м потушить огонь, схватил бутылку и

ереносице. Его проницательный взгляд подметил чернильное пят

атируя факт, а не задавая вопрос. – Только она способна довести т

ли бокал так, что

троль над ситуацией. – Девчонка просто закатила истерику. Приползе

пытной ухмылкой сплетника. – Слышал, Серафима Каменева вернулась в

сь так крепко, что н

ю ей дом на Лонг-Айленде, открою трастовый фонд для ребенка.

ко и горько

деальную жену дома иметь, и любовницу под боком

аясь на ноги. В два шага он оказался перед Антоном

эгоистичный ублюдок! – огрызнулся

ежду ними, раста

сюда пить, а не драться и

ил его и налил еще. Дорогой виски обжег горло, но это ничуть не утихомирило бу

лась надпись «Заблокирован». Новая волна ярости и бессилия захлестнула его. Е

Он с жутким треском ударился о стеклянный журнальный с

котором смешивались жалость и раздраже

и раск

Хлоя Волкова. Он посмотрел на Юлиана

а затуманенный алкоголем, приковался к телефону А

звонил раз

о, что было слышно, как

ызов бы

громкую связь.

– мягко

голос – прохладный, чист

поздно. Что

словно получить удар под дых. У Юлиана пересо

л на раздавле

емного перебрал. Я подумал... может, ты

ветвь, шанс для них

но поправляет испачканный воротник – жа

стянулась на целую вечность. В этой тишине весь мир Юлиа

он ожидал услышать. Он никогда прежде не слышал у нее тако