Я подписала бумаги: теперь смотри, как я блистаю

дела за тяжелым мраморным столом, вдавив ладони в воспаленные глаза, но это не спасало – тупая, выкручивающая боль в шее пульсировала при каждом

вспорола жесткая вибр

ветилось: «Ки

о, как подруга заговорила, в динамик вор

в нем звенела такая бешеная срочность, что волосы

ле долгих часов молчания показался

зашипел р

рижа. Она была в зоне прилета "Империи"

желый ком рухнул в желудок, и пальцы, с

ещё фот

мя прозвучало ядом. – «Он поперся в аэропорт

азом исчез из

мерзким хрустом переломился. На идеально вычерченном

ькнул – пришло вх

Мертвенно-синий свет залил побелевшее лицо. Снимок был зернистым, с

Её муж на протя

ольшая ладонь лежала на её пояснице с той властной, собственнической нежностью, которой Вера не видела ни разу за две тысячи дней их брака. Женщина, при

вотной тошноты п

олам – желудок скрутило судорогой. Телефон выскользнул из потной ладон

ауса. Никто не прибежал. Никто не спросил, всё ли в порядке

на. – «Он же кусок дерьма! Не смей позволять ему так с тобой

ившую желчь, Вера онемевши

ошептала она и

олову, она посмотрела в панорамные окна на равнодушный, сверкающий гори

тали ватными; пришлось вцепиться в ледяной

изведения искусства, к которым ей не разрешалось прикасаться. У тяжелых дубовых дверей хозяйс

семьдесят процентов, а её взгляд метнулся в дальний, пыльный угол. Там, покрытый серым налетом, сиротливо стоял потертый два

згляд, полный ледяного, брезгливого отвращения – он был убежден, что она сама подстроила этот скандал, чтобы заарканить его ради денег. Сколько бы она ни

ь на край идеально белого дивана. Подтянув колени к груди, Вера о

л к старинным

Тик

ывала на салфетку две таблетки обезболивающего и ждала звука лифта, возвещающего о возвращении пьяного мужа с «де

нный, пустой звук – смех,

ней вторая. Третья. Она не вытирала их. Она сидела совершенно неподвижно в темноте,

екали н

тем стало грязно-пепельным. Первый луч рассвета прон

рямила затекшие к

теплился жалкий, гаснущий огонек надежды. Она верила, что если будет любить его достаточно сильно, он однажды оглянется и увидит. Но эта зернистая фотография стала ключом, вскры