тный зал с лицом, тём

я беспокойство. «Марк, как ты поговорил

лии и её взгляд, полный презрения. Этот взгляд он не мог забыть. В нём было нечто б

ках, постоянно проверял телефон. Н

йски обнял за плечи: «Ты чего, Марк? Из-

ул его и, не проща

родный дом, который считал своим сюрпр

ловых, вложил кучу денег в ремонт и всё ещё считал своим. Он планировал сдел

отам и ввёл код –

опробовал ещё раз

асности была связана с его телефоном, но в качестве резервного пароля он

о вместо облегчения он почувствовал, что на душе стало

тальных люстр не зажглась, дом погрузился в темноту. Похо

лодным и б

Вся дорогая мебель в гостиной бы

тояла, но ни одной Лилиной вещи здесь так и не появилось.

е переезжала. А другая женщина уж

ого тёмного дома, он впервые в жизни чувствовал себя абсолютно бе

тот раз пошли долгие, мучитель

емя принимала горячую ванну, смывая с себя грязь и унижение прошедшего дня. Она не дума

ь имя «Марк Седов». Он не сбрасывал звонок, а просто наблюдал, как утопающий цепляется за соломинку.

лял десятки сообщений, снача

рнись, я б

овая роща". Я дарю её тебе.

делаю всё, чт

общения улета

может получить то, что хочет. Он не знал, что его

выкуривая сигарету за сигаретой. К утр

ая ночь из-за женщины. И, в

н, с красными от бессонниц

ыл полон решимости вернуть её любой ценой. Он не знал, что она уже отк