Когда Эвелина посмотрела в ту сторону, задняя дверь среднего внедорожника медленно открылась, но из машины никто не вышел.
Эвелина без колебаний подошла и остановилась у открытой двери, но не стала сразу садиться в машину.
В дверном проёме она впервые увидела печально известного главу «Рудаков Групп». По слухам, этот человек был безжалостным и непредсказуемым.
На Максиме Рудакове были очки в золотой оправе, которые смягчали его внешность и придавали ему вид утончённого учёного. Но это мягкое впечатление не могло скрыть резкости его черт. Его высокая фигура с лёгкостью занимала всё заднее сиденье, а широкие плечи и длинные ноги создавали ощущение безмолвного давления. Солнечный свет проникал через открытую дверь машины и отражался от дорогих часов на его запястье. Это были часы из лимитированной серии, одни из трёх в мире, и инкрустированные в них бриллианты мерцали холодным светом.
«Вы Эвелина Сомова? – глубокий голос Максима звучал почти лениво и спокойно, но в нём нельзя было не уловить лёгкую насмешку. – Я ожидал, что женщина, которая за одну ночь обрушила фондовый рынок, будет выглядеть несколько более впечатляюще».
Эвелина тихо хмыкнула. Её лицо стало таким худым и бледным, что было почти неузнаваемым, отчего глаза казались ещё больше.
Она посмотрела прямо на него. Взгляд её был пустым и бесстрастным, неподвижным, как мёртвая вода. Она не стала тратить время на любезности.
«Пять миллиардов рублей. Машина. Дом. Водитель. Через три дня я предоставлю вам новый план».
Максим слегка побарабанил пальцами по колену, изучая её глаза. Затем уголки его губ медленно поползли вверх в заинтересованной улыбке.
Ему и вправду понравился её взгляд.
Она напомнила ему одинокую волчицу, блуждающую по пустыне, – свирепую, опасную и готовую напасть в любой момент.
«Головная машина теперь ваша. Вашим водителем будет Яков Фомин. Казимир, немедленно переоформи виллу номер восемь в посёлке "Залив Авроры" на госпожу Сомову. И распорядись, чтобы несколько человек позаботились о её быте», – с этими словами Максим достал чёрную карту и протянул ей.
Его пальцы были бледными и тонкими, почти чересчур изящными, и обладали хрупкой красотой человека, который, казалось, мог сломаться от одного прикосновения.
Но Эвелина однажды видела на видео, как он этими самыми изящными пальцами сломал руку предателю, всё это время не переставая завораживающе улыбаться.
«На этой карте кредитный лимит в тридцать миллиардов рублей».
Хотя Эвелина и знала, что Максим бывает невероятно щедр, когда ему это выгодно, она всё равно была ошеломлена таким размахом.
Самая дешёвая вилла в посёлке «Залив Авроры» стоила несколько миллиардов.
А теперь он без колебаний вручал ей чёрную карту на тридцать миллиардов. Неужели он не боялся, что она просто заберёт всё и исчезнет?
Казимир, сидевший на переднем пассажирском сиденье, был так потрясён, что у него глаза на лоб полезли.
С каких это пор Максим стал таким сговорчивым?
И к тому же с женщиной, которая только что вышла из тюрьмы.
Если бы хоть одна из женщин, что когда-то бегали за Максимом, осмелилась выдвинуть ему требование – даже самое пустяковое, вроде просьбы придержать дверь, – она, вероятно, исчезла бы ещё до рассвета.
Взгляд Эвелины слегка дрогнул, но она спокойно приняла чёрную карту.
В лучах солнца её бледные губы медленно изогнулись в холодной, жутковатой улыбке.
«В течение месяца мой новый план принесёт вам как минимум сто миллиардов рублей прибыли. Ваши пять миллиардов не просто окупятся. Это будет лучшая инвестиция в вашей жизни. После этого мы сможем обсудить долгосрочное сотрудничество», – её голос оставался спокойным и ровным, без высокомерия или ложной скромности. Лишь под этим спокойствием горел испепеляющий азарт, настолько острый, что звучал почти опасно.
Казимир уже начал подозревать, что Эвелина на самом деле не обладает никакими способностями и просто пытается выманить у них состояние, а потом исчезнуть.
Максим, однако, лишь с интересом приподнял бровь. Непринуждённо откинувшись на спинку сиденья, он спокойно ответил: «Хорошо».
Он не задал ни одного дополнительного вопроса.
Казалось, будто Эвелина небрежно бросила боевую гранату, в то время как для Максима это было не опаснее, чем маленькая петарда на празднике.
Это тихое «Хорошо» почему-то встревожило Казимира даже больше, чем обещание Эвелины за месяц заработать сто миллиардов рублей.
«Тогда я буду ждать от вас хороших новостей, госпожа Сомова».
Как только он закончил говорить, дверь медленно закрылась. «Кайен» плавно развернулся, пронёсся мимо подола выцветшей джинсовой юбки Эвелины и уехал прочь.
Эвелина осталась стоять на месте, а острый край чёрной карты впивался ей в ладонь.
Тыльная сторона её ладони была покрыта пересекающимися шрамами, которые уродовали некогда нежную и гладкую кожу. Это было шокирующее зрелище.
В этот момент из оставшейся позади машины вышел мужчина и почтительно открыл для неё заднюю дверь.
Эвелина только занесла ногу, чтобы сесть в машину, как вдруг неподалёку раздался резкий визг тормозов. С другой дороги вылетел «Роллс-Ройс» и резко остановился позади неё. Дверь распахнулась, и из машины вышел Святослав Сомов, брат Эвелины, в сшитом на заказ светло-сером костюме.
«Эля, я приехал забрать тебя домой».
/0/25684/coverbig.jpg?v=a3e7a0e008c02ff79859ba74eada217a)
Посмотреть больше комментариев в приложении
