Обманутая, Отвергнутая и Богатая

го неземной свет на две сплетённые на кровати фигуры. Их поцелуи были жаркими и отчаянными, наполненными глубо

гка отстранился, и его глаза расширились от удивления, ког

пленил его – словно зов сирены, пробивающийся сквозь туман опьянения и первобытной потребности. Сопротивление стал

на повернулась к спящей рядом фигуре, наблюдая, как солнечный свет

остью. Она годами берегла свою девственность лишь для того, чтоб

упомянула, что наймёт ей эскортника, Элеонора сочла это шут

ью от того, что её выгнали из дома, она подда

ю долю удовольствия», – прошептала Элеонора, пока кончики её пальце

с кровати; её взгляд упал на багровые следы, усеявшие кожу

е чего положила на прикроватную тумбочку гладкую чёрную кред

сь, и в них мелькнул острый блеск. Медленно он приподнялся,

ул он, и его взгляд остановился на оставленной банковской карте.

ы, а утренний свет золотил его точёную фигуру – живое вопло

. «Это я», – сказал он, как только установилось соединение; его гол

лицо, и длинными волосами, свободно развевающимися на ветру, она излучала ауру спокойствия и беззаботности. Ка

она о своём поступке? Ответ был предельно ясен – нет. Она никогда не жалела

енные на попытки оправдать ожидания родителей и б

упречны, и она получала высшие баллы на каждом экзамене. Когда они заявили, что романы будут её отв

ожидая хотя бы малейшего намёка на похвалу, но в ответ п

ована заботой. Эта хрупкая иллюзия вдребезги разбилась несколько

дную дочь, которой достаточно было лишь похлопать ресницами, чтобы

вечером. Их родная дочь свалила на неё вину за разбитую ваз

к руки инстинктивно привели машину обратно к поместью

же увидела свой багаж, не

смотрела на Элеонору сверху вниз со смесью презрения и удовлетворения. «Тебя вышвырнули из семьи Мироновых, Элео

огда она указала на груду своих вещей. «Тебе и впря

нка, жила жизнью богатой наследницы вместо меня, вызывает у меня отвращение. Какое право ты имеешь хоть на что-то в этой семье?» Лицо