Спасшая Альфу Омега: Теперь Я Твоя Луна

Будучи Омегой самого низкого ранга, я провела шесть изнурительных месяцев, тайно ухаживая за находящимся в коме женихом-Альфой моей приёмной сестры.

Но как только он наконец открыл глаза, сестра задвинула меня в тень и со слезами на глазах приписала себе все заслуги в его чудесном выздоровлении.

Мои собственные родители охотно поддержали её ложь, втайне угрожая запереть меня гнить в подвале, если я посмею её разоблачить.

Старейшины стаи восхваляли её фальшивую преданность, немедленно начав подготовку к её грандиозной церемонии Луны.

Даже мать Альфы, знавшая правду, сунула мне в руки чек за молчание и велела бежать, пока могущественная семья моей сестры не убила меня.

Я стояла, дрожа в своей дешёвой одежде, и смотрела, как высокомерная сестра, которая отказывалась даже прикасаться к нему, теперь купается в лучах славы и богатства, по праву принадлежавших мне.

Восемнадцать лет я была для них боксёрской грушей, но никак не могла понять, почему моя собственная семья так безжалостно стирает моё существование лишь ради того, чтобы защитить её фальшивый образ.

Когда моя сестра самодовольно приказала страже выбросить меня в лес, как мусор, Альфа внезапно высвободил свою сокрушительную ауру.

Он уставился на замершую толпу и потребовал назвать ту единственную тайную вещь, которой жаждал его Внутренний волк, будучи запертым во тьме.

Моя сестра уверенно выпалила ложь о стейке премиум-класса.

Игнорируя отчаянные предостережения родителей, я подошла прямо к его кровати и посмотрела ему в глаза.

«Кровавый плод», – чётко сказала я.

Глава 1

От лица Алисы:

Я стояла в самой глубокой тени огромного зала стаи, опустив голову.

Как у Омеги, низшей из низших в нашем расслоённом обществе, моей функцией было оставаться незаметной.

Я была холстом для разочарований моих родителей-Бет, прислугой для стаи и тенью, следовавшей за моей приёмной сестрой Дианой.

Диана была высокопоставленной Бетой, золотым ребёнком чистых кровей, лелеемым сокровищем всей нашей общины.

Она также была обручена с Александром, Альфой-миллиардером из самой грозной стаи в Северной Америке.

Но сегодня вечером тщательно выстроенное здание ночного торжества – сотканное из хрустальных бокалов и вежливого смеха – рассыпалось в прах.

Александр попал в засаду Изгоев – лишённых волков париев, бродивших у границ.

Они орудовали оружием, покрытым серебром – единственным металлом, который обжигал наш вид и останавливал наше быстрое исцеление.

Теперь непобедимый Альфа лежал на больничной койке, скованный глубокой, необратимой комой.

Старейшины стаи заняли центр зала, на их лицах застыла мрачная решимость.

Они требовали, чтобы Диана выполнила свой брачный контракт, переехала на территорию Александра и ухаживала там за ним.

Диана усмехнулась, скрестив на груди пальцы с безупречным маникюром.

«Я не стану тратить свою молодость, вытирая слюни овощу», – презрительно бросила она, и её голос резким треском разорвал гнетущую тишину зала.

«Он даже не может обращаться. Я отказываюсь быть привязанной к калеке».

По комнате прокатился коллективный вздох, но никто не осмелился отчитать избалованную Бету.

Я не сводила глаз с половиц, но мой тайный недуг заставил меня поднять взгляд.

Я обладала редкой, скрытой способностью под названием Духовное зрение – легендарной чертой древней родословной Белого волка.

Мои родители-Беты называли это проклятием, уродливой мутацией, которая делала меня удобной мишенью для их издевательств. Но сегодня вечером это позволило мне увидеть то, чего не мог никто другой.

Парящим прямо над Старейшинами я увидела массивного, полупрозрачного серого волка.

Это был Внутренний Александра, его астральный дух, жестоко вырванный из своего находящегося в коме физического сосуда.

Колоссальный фантом, существо, сотканное из дыма и ярости, мерил шагами воздух, скаля светящиеся зубы в абсолютном бешенстве.

Он зарычал, и этот звук, вибрировавший только в моём черепе, сотряс невидимую твердь вокруг него.

«Двадцать миллиардов рублей тому волку, который разбудит меня! Двадцать миллиардов рублей и свобода!» – прорычал призрачный волк не слышащему его собранию.

Моё горло сжалось, словно в него набили горсть сухих листьев, заперев наполовину набранный воздух в лёгких.

Двадцать миллиардов рублей.

Эта сумма была не просто богатством; это была независимость.

Она означала побег от родителей, уход из этой деспотичной стаи, конец отношению ко мне как к вещи.

Прежде чем разум успел сковать мой язык, я открыла рот.

«Я сделаю это», – тихо сказала я, выходя из тени.

Весь зал погрузился в глубокую тишину.

Диана обернулась, её лицо превратилось в маску отвращения и злорадства.

«Ты? – рассмеялась она высоким, резким звуком. – Грязная, слабая Омега берёт на себя смелость ухаживать за Альфой?»

Она надвинулась на меня и толкнула в плечо – сильный, презрительный удар, от которого я пошатнулась.

«Давай, Алиса. Жалкая прислуга ни на что не годится, кроме как убирать за бесполезным инвалидом».

Над нами призрачный волк Александра перестал метаться.

Огромный зверь опустил свою массивную голову, устремив на Диану взгляд, полный чистой ненависти.

Наконец-то он увидел её истинную сущность – жадную, пустую женщину, скрывающуюся за приятным фасадом.

Я проигнорировала насмешки Дианы и направилась прямо к Елизавете, матери Александра и бывшей Луне его стаи.

Луна была матерью стаи, женщиной-лидером, которая мудро направляла свой народ.

«Пожалуйста, Луна Романова, – я почтительно склонила голову. – Позвольте мне занять место моей сестры. У меня многолетний опыт ухода за больными».

Это была вежливая выдумка, скрывающая то, что всю свою жизнь я была вынуждена убирать постели других больных волков.

Елизавета посмотрела на меня, её глаза покраснели от слёз по сыну.

Ей нужно было стабилизировать цены на акции их огромной бизнес-империи, а разорванная помолвка легла бы ужасным пятном на их стаю.

Она схватила мои грубые, мозолистые руки своими мягкими ладонями.

«Если ты сможешь разбудить моего сына, клянусь, ты станешь невесткой нашей семьи», – пообещала она дрожащим голосом.

Мои родители-Беты бросились вперёд, жаждя избавиться от дочери, которая приносила им только позор.

«Забирайте её, пожалуйста! Теперь она ваша», – сказал мой отец, махнув рукой, словно отбрасывая мешок с мусором.

Они подтолкнули меня к охранникам Елизаветы, не дав мне ни единого шанса собрать свои скудные пожитки.

Я подняла взгляд в последний раз.

Призрачный волк Александра смотрел на высокий сводчатый потолок, воя и принося клятву Богине Луны, создательнице всех оборотней.

«Клянусь, Богиня. Когда я проснусь, я отдам этой Омеге её миллиарды, а Диану разорву на куски».

Я сглотнула, и глубоко в груди расцвело странное тепло.

Мне оставалось лишь надеяться, что этот высокомерный, яростный фантом сдержит своё слово.