ца Ви

ударила по вертолёту,

мая нас в сиденья. Мой нож дл

огненный шар расцвёл там, г

ывая повсюду горящие металличес

я наказать непокорную Омегу и поставить её на место. Но когда наша разорванная связь истинных взорвалась глубоко в моей душе, мой внутренний волк издал ужасающий, отчаянный вой. Это была первобытная, невыносимая бо

лняя кабину давлением Альфы. – Немедленно

отоколы полёта...» – за

тебе глотку!» – рявкнул я, и мои г

оего места, его лицо

схватил рацию и крикнул: – От

рямо перед взрывом все показатели жизненно важных функций упали до нуля. Ничего не осталось. Даже про

тала лицо в лад

не вышла? Зачем е

вь зале

голос Елены в наше

тся. Она намертв

а. Она нико

ы уже поливали водой тлеющи

сплавилась с металлической рамо

ртоносный серебряный пепел покр

копать её. Мне нужно было снова почувствовать её запах хвои и ле

али они. – Концентрация серебряной пыл

пальцами по грязи и выкрикивая её имя

тряды рылись в горячем

их останков. Пропитанный сереб

воин, скорбно

апечатанных конверта с защитой от серебра и её обгоревший комму

огда я нажал на кнопку вос

ие слова, которые мы втроём сказали ей – по мысленной связи и на т

двери через пять минут, бо

е «Да» – ответ, который я дал Александ

, и меня вырвало н

утри лежала фотография нашей покойной матери и

ю волчицу, а не родную кровь. Теперь у те

прижимая фотографию к г

ную фигурку волка, которую вырезал для неё ещё мальчишк

безучастно глядя на иг

ронила его. Осколки детского флакона с зельем для смены облик

ткрывать св

обломков, сжимая конверт со своим именем. Я прос

ефон завибрировал. Это было сообщение с двенадцати

ла, – зазвучал её тихий голос. – На этот

итый горем, раздирающий душу в