ца Св

здником, все поднимали тосты за воз

те, запихивая остатки своей прежней жизни в единственный чёрный чемодан. Я намеренно спрятала своё старое письмо о зачислении в архитектурную школу и личные документы среди мами

и – это Александр и Валент

была лучшая комната во всей усадьбе – та самая, что принадлежала моей поко

к груди Александра. – Гостевая детская внизу вполне хороша. Я п

а закрытую дверь и не

ё, и обернулся, увидев, как

риказал Александр. – Вален

дающий на старое мамино кресло-кач

м голосом сказала я. – Десять

ы вдруг начал плакать, изда

, и те крохи терпения, что у него оставались, испарились.

ть секунд, – рявкнул Александ

грубой расторопностью хват

ик, и серебряная фоторамка отлетела в сторону, удар

графия моей матери. Осколок стекла л

и и начала собирать разбитое стекло голыми руками. Острые края поре

овью, словно сцена у его ног не стоила его внимания. «Пр

ула вперёд и вонзила шпильку своей дизайнерской туф

сь чужая», – п

тно, глядя сверху вниз на

оном, не терпящим возражений. – Валентине нужен

уди пропитанную кровью,

йду», –

ай меня сегодня. Ты в долгу перед этой семьёй. Твоя жизнь при

тот же момент снаружи по гравийной до

. Никаких истерик, никаких слёз. Я спустилась по парадной лестнице, вышла через пар

лом из красного дерева. Я положила на стол стопку банковских квитанций – каждые сто рублей за экс

отянула мне официальное свидетельство о разводе с ярко-красным штампом.

произнесла матриарх. – С этого дня

выковыряла из телефона SIM-карту с защитой от отслеживания, разло