Его потеря - находка для магната: Возвращение пропавшей наследницы

Ксения открыла глаза.

Склад пах машинным маслом и гниющей древесиной.

Паника охватила её, сдавив грудь так, что она едва могла дышать.

Грубая пеньковая верёвка впилась в кожу на запястьях. Тёплая кровь стекала по пальцам.

В дальнем углу двое мужчин в чёрных лыжных масках прислонились к ржавой металлической бочке.

- Когда пройдёт перевод в биткоинах? - спросил один из них резким, скрипучим голосом. - Босс сказал, что остаток денег придёт сегодня вечером.

- Расслабься. Криптовалютный кошелёк уже настроен. Она просто хочет, чтобы эта стерва исчезла, - ответил другой, сплюнув на пол.

Её похитили.

Ксения заставила себя дышать медленнее.

Её пальцы наткнулись на что-то острое у правого бедра. Острая, ржавая шестерёнка от какого-то выброшенного механизма.

Она схватилась за зазубренный металлический край.

Он порезал ей большой палец, но она не обратила внимания на боль. Она начала пилить толстую верёвку, связывающую её запястья за спиной. Взад-вперёд.

Трение обжигало открытые раны. Работа продвигалась мучительно медленно.

Толстая пенька поначалу едва истиралась, но она продолжала двигаться ровно, скрывая свои усилия за спиной.

Десять минут прошли в мучительном напряжении, пока мужчины препирались из-за своей платы, давая ей драгоценное время, необходимое, чтобы перетереть волокна.

Похититель повыше подошёл и пнул её по бедру. Удар отозвался резкой болью в позвоночнике.

- Твоему муженьку с Уолл-стрит на тебя наплевать, - рассмеялся он, выдыхая дым ей в лицо. - Мы схватили тебя три часа назад. Ни копов. Ни поисковой группы. Ты - ничто.

Она молчала. Её взгляд был прикован к дешёвому одноразовому телефону старой модели, пристёгнутому к его поясу.

Внезапно взвыла сирена - не где-то вдалеке, а прямо на их улице. Мигающие красные и синие огни просачивались сквозь щели в роллетной двери, раскрашивая тёмный склад лихорадочными вспышками.

Оба мужчины напряглись, подумав, что это облава. Они бросили сигареты и побежали к металлической роллетной двери, чтобы выглянуть наружу.

Это был её шанс. Она рванула руками изо всех сил. Истёртая верёвка лопнула.

Теперь её запястья сильно кровоточили, но она не остановилась. Она бесшумно, как тень, проползла по бетону и добралась до металлической бочки. Она схватила одноразовый телефон со стола, куда мужчина только что его бросил.

Она бросилась за штабель гниющих деревянных ящиков как раз в тот момент, когда они обернулись.

Её руки сильно дрожали, когда она набирала личный номер Хоакина. Сердце так сильно колотилось о рёбра, что, казалось, вот-вот сломает их.

Линия прозвонила дважды. Он ответил.

- В какую игру ты теперь играешь, Ксения? - голос Хоакина был ледяным.

- Хоакин, пожалуйста, - быстро прошептала она, прижав руку ко рту, чтобы заглушить звук. - Меня похитили. Я на каком-то складе, может быть, на окраине Бруклина. У них ножи. Ты должен позвонить в полицию.

Из трубки донёсся тихий, слабый кашель.

- Хоакин, у меня болит грудь, - прозвучал на заднем плане хрупкий, высокий голос Эмбер.

Температура голоса Хоакина упала до абсолютного нуля.

- Ты в своём уме? Имитируешь похищение, потому что ревнуешь к Эмбер? Она больна, Ксения.

- У меня идёт кровь. Они собираются меня убить, - умоляла она, и слёзы жгли ей глаза.

- Никогда больше не звони на этот номер и не беспокой Эмбер, - рявкнул Хоакин.

Связь прервалась. В ухе загудели короткие гудки.

Она уставилась на тёмный экран. Слёзы перестали течь. Холодная реальность её трёхлетнего брака свинцовым грузом опустилась в желудок. Он оставил её умирать, чтобы его любовница могла спать.

- Где телефон? - раздался рёв на весь склад.

Шаги загрохотали по бетону, приближаясь прямо к её укрытию. Она переключила телефон в беззвучный режим и сунула его в бюстгальтер.

Её пальцы сомкнулись на ржавой железной трубе, лежащей в грязи. Она сжала её так, что костяшки побелели.

Похититель повыше заглянул за деревянный ящик.

Она со всей силы взмахнула трубой. Тяжёлое железо ударило его прямо в коленную чашечку.

Он закричал - влажный, трескучий звук разнёсся по комнате - и рухнул на пол.

Второй мужчина вытащил из кармана выкидной нож и бросился на неё.

Она толкнула штабель тяжёлых, гниющих ящиков. Они опрокинулись, рухнув на него и преградив ему путь.

Она не оглядывалась. Она перебралась через упавшие доски и бросилась к разбитому окну в стене здания.

Мужчина сделал выпад, его лезвие прорезало ткань её куртки и оцарапало плечо.

Она выпрыгнула через разбитую оконную раму. Она сильно ударилась о грязную землю снаружи. Её лодыжка подвернулась, и острая боль пронзила ногу.

Адреналин хлынул в вены. Она заставила себя подняться.

Дверь склада за её спиной распахнулась от удара. Лучи фонарей прорезали темноту.

Она побежала в густой лес. Ледяной дождь лил как из ведра, мгновенно промочив её одежду и смывая кровь.

Шипы царапали ей щёки и руки. Лёгкие горели. Она продолжала бежать.

Сквозь деревья она увидела слабое жёлтое свечение уличных фонарей. Шоссе.

Она, спотыкаясь, вышла из-за деревьев на скользкий, мокрый асфальт. Фары пронзили густой дождь, несясь прямо на неё.

Она вышла на середину дороги и подняла руки.