Сбежавшая невеста мафии: Выход из темной тени

В ночь нашей роскошной помолвки я думала, что вытянула счастливый билет. Мой жених Демид был безжалостным Подручным мафиозной Семьи, но его любовь казалась моим единственным лучом света.

Пока я не получила зашифрованный видеозвонок от мужчины со шрамом - Демида из будущего. Он ледяным тоном сообщил, что прямо сейчас мой идеальный жених делит постель с моей лучшей подругой Кариной.

Мужчина с экрана рассказал, что Карина использует деньги мафии для рейдерского захвата моей фирмы. Что вскоре она отзовет элитных хирургов, оставив моего отца истекать кровью на операционном столе. И что она хладнокровно убьет моего нерожденного ребенка. Я в панике помчалась к квартире подруги и замерла: на коврике стояли туфли Демида. А внутри моего кольца с бриллиантом вместо наших инициалов красовалась издевательская гравировка любовницы - «K & D».

Я инстинктивно прижала руку к животу, где, как только что подтвердили врачи, уже билось сердце его наследника. Человек, клявшийся сжечь мир ради моей безопасности, своими руками вручил моей лучшей подруге нож, чтобы вырезать всю мою семью. За что они так жестоко со мной играли?

Я отказалась быть наивной канарейкой в их кровавой клетке. Я тайно переправила родителей в Европу, в слезах прервала беременность и направила свою машину прямо в пропасть над бушующим океаном. Ева Цветкова официально мертва, и теперь я выбираю свободу.

Глава 1

От лица Евы

В ту самую ночь, когда Демид надел бриллиант мне на палец, скрепив альянс нашей Семьи под куполом взрывающихся фейерверков, мир, который я знала, раскололся. Оглушительный грохот пиротехники вызвал лёгкую дрожь в оконных стёклах пентхауса, а грани камня на моей руке разбили отражение комнаты на тысячу острых, жалящих осколков.

Я получила видеозвонок от мужчины с лицом моего жениха - лицом из будущего.

Его приказы были пугающе точными: инсценировать собственную смерть до рассвета, иначе Демид и моя лучшая подруга методично вырежут всю мою семью.

Я сидела оцепенело на краю нашей огромной кровати, шёлковые простыни вдруг показались холодными и тяжёлыми, как погребальный саван.

Демид Воронов был Силовиком Семьи.

Он был человеком, одно имя которого заставляло политиков покрываться холодным потом, а конкурентов - исчезать в свежезалитом бетоне.

Его власть была абсолютной, его жестокость легендарной, а его любовь ко мне казалась единственным лучом света в этом иначе непроницаемом мире.

Но теперь, глядя на светящийся экран телефона, я видела, как эта иллюзия рушится.

Мужчина на экране был Демидом.

Но его лицо было измождённым, глаза, казалось, смотрели куда-то мимо моего плеча, зафиксировавшись на какой-то точке вдали, их поверхность была затянута пеленой, не отражая света от экрана. Рваный шрам - которого не было у моего жениха - рассекал его скулу.

Он утверждал, что звонит из будущего, из временной линии, где я уже мертва.

Он сказал мне, что теперь он Дон.

И то, что он сказал дальше, было потоком ледяной воды, который, казалось, остановил кровь в моих жилах.

Он не стал смягчать правду. Он сказал, что прямо сейчас Демид в постели с Кариной. Он рассказал мне всё - не чтобы обвинить, а чтобы показать мне точную картину того будущего, которое ждёт меня, если я останусь.

Карина. Моя лучшая подруга, мой деловой партнёр, женщина, которой я доверила свою жизнь.

Спазм сжал моё горло, не давая сделать полный вдох.

Монотонным, хриплым голосом он продолжил.

Он сказал мне, что Карина использует деньги мафии для враждебного поглощения моей архитектурной фирмы.

Он сказал, что она саботирует операцию моего отца, оставив его умирать на операционном столе.

И затем он нанёс последний, смертельный удар: он сказал мне, что она убьёт моего нерождённого ребёнка.

Мне хотелось кричать. Мне хотелось швырнуть телефон в стену и списать это на больную, извращённую шутку.

Но, глядя в опустошённую пустоту его глаз, я знала правду. Он не лгал.

Связь резко оборвалась.

Экран погас, и внезапная тишина в комнате стала тяжелее любой темноты.

Но прежде чем линия умерла, он успел произнести ещё одну фразу - и от неё кровь застыла у меня в жилах: «Проверь кольцо, Ева. И помни - твоя смерть будет не концом. Это будет лишь началом их войны за моё наследство».

Дрожащими руками я набрала номер Демида.

Автоответчик.

Я набрала Карину.

Мёртвая, звенящая тишина.

Узел из ржавых гвоздей, казалось, затянулся в моём животе, царапая с каждым ударом сердца. Я накинула пальто поверх платья, схватила ключи и выбежала из пентхауса.

Я мчалась по ночным улицам, проезжая на красный свет в тумане паники.

Я ударила по тормозам у элитного жилого комплекса Карины.

Пока я поднималась на лифте на её этаж, мои шаги звучали как выстрелы в пустом коридоре с ковровым покрытием.

Я дошла до её двери и замерла.

Там, на коврике, стояла пара мужских туфель.

Итальянская кожа на заказ. Я знала их досконально. Я забрала их из бутика для Демида всего неделю назад.

Силы покинули мои ноги, и мне пришлось сильно прижаться плечом к холодной штукатурке стены, чтобы удержаться на ногах.

Телефон в моём кармане завибрировал.

Это было текстовое сообщение с того же зашифрованного номера.

Оно гласило: Сними кольцо и посмотри внутрь.

Я посмотрела на свою левую руку.

Бриллиант сверкал в тусклом свете коридорных бра - предполагаемый символ моей безопасности, заявление о том, что я принадлежу самому опасному мужчине в городе.

Я сорвала кольцо с пальца.

Мои руки дрожали так сильно, что я едва могла сфокусировать взгляд.

Я поднесла золотой ободок к свету.

Вместо наших инициалов на меня смотрела другая гравировка.

K & D.

Карина и Демид.

Это было клеймо. Территориальная насмешка любовницы, заявляющей права на собственность Силовика.

Воспоминания о вечере обрушились на меня.

Я вспомнила, как Карина суетилась вокруг нас сегодня вечером, поправляя галстук Демида, её глаза блестели в свете фейерверков.

Она стояла прямо рядом со мной, сияя, когда он просил моей руки.

Они играли мной.

Я была не более чем призовой канарейкой, не замечающей, что прутья моей клетки - эти два чёрных внедорожника, которые постоянно держались на расстоянии десяти метров, шёлковые платья в моём шкафу, развешанные в точном соответствии с его предпочтениями, - с самого начала были выкованы их общим обманом.

Зажав рот рукой, чтобы подавить рыдание, я повернулась и побежала к лестнице.

Сенсорные лампы пентхауса загорались одна за другой, когда я вошла. Осквернённое кольцо издало глухой стук, когда его положили на тумбочку. Пока горизонт за окном не начал бледнеть, превращаясь в синяково-серый, постельное бельё оставалось гладким, без единой складки.

На рассвете щёлкнул замок на входной двери.

Демид вошёл в спальню, принеся с собой холод ночного воздуха и слабый, до тошноты знакомый запах чужих духов.

Он сел на край матраса, взял кольцо с тумбочки и нежно надел его обратно мне на палец.

Наклонившись, он поцеловал меня в лоб.

- Я люблю тебя, Ева, - прошептал он, его глубокий, бархатный голос был пеленой лжи.

Я посмотрела в его красивые, лживые глаза.

- Когда это началось? - спросила я.

Он замер, микроскопическое напряжение свело его челюсть.

- Ты о чём, малышка?

Я не ответила ему. Я просто смотрела, изучая, как он пытается скрыть свою внезапную панику за безупречной маской идеального жениха.

Вместо этого я мысленно задала этот вопрос мужчине из будущего.

И ответ пришёл в виде тихой вибрации у моего бедра - новое сообщение на телефоне.

На последнем курсе колледжа, пока ты училась за границей.

Пять лет. Пять лет они лгали мне в лицо.