улся её плеча, прошептав её имя, и она наконец, хоть и неохотно, отстранилась. О

её голос дрожал от переполнявших её чу

ая худе

ший управлять советами директоров и влиять на мировую пол

дра, я т

нные, были полны глубочайшего чувств

срывающимся голосом. – Мы п

овой – движение было ед

е ваша

повернулся и жестом подозвал сыновей, которые до этог

упречно сшитом на заказ костюме, он излучал ауру

ий брат. Я адвокат. Если кто-то

негласное обещание абсолютной защиты, которо

На нём были джинсы и поношенная кожаная куртка, но они не могли скрыть острого, наблюдательного взгляда полицейского. Он опустил

плым голосом. – Я... я стал п

свидетельство братской вины и преданности. А

я куртка, а в глазах плясали озорные искорки. Он разрушил тяжёло

этих двух зануд. Если захочешь вложиться в кино или просто понад

льзам. Александра посмотрела на них троих – защитника, кающег

ицо преобразилось, когда она впервые посмотрела на своих внуков. Вся семья последовала за

ё ручки», – проб

д Воронцовых», – заявил Николай, дос

выбила телефо

она. – Пока Александра не будет готова.

ищает. Это было то тепло, о котором Александра раньше только читала в к

обожающего дедушки на его лице см

нстантин нам сказал... ты замужем.

ое тепло в комнате испарилось. Улыбка Александр

овня у колыбелей прекратилась. Все Воронцовы в

залась рядом, её рука

а, её голос был мягким, но со стальн

озможное воссоединение, уродством своей жизни с Юлианом.

зали им всё, что нужно было знать. Лицо Р

ыл тихим, но в нём чувств

Воронцовых не позвол

мо на неё непоко

о закону ты и твои дети станете основными бенефициарами Семейного траста

путались. Она не думала о деньгах, о н

ица Родиона

казал он, его голос был мягким, но

ь. Он давал ей силу и ресурсы, чтобы вести любую

екам. Но впервые за всё то время, что она себя пом

а Александра Воронцова. У неё наконец-то есть насто