е, став безмолвным, но весомым заявлением. Это было

-прежнему прикованный к Алек

роизнёс он, и в его тихом голосе прозвучала опасн

венно лежала на руке Александры, слегка

ия Павлова. Никола

, сменившись ледяной сосредоточенностью, порази

нограде заставить кого-то исчезнуть

. Всё, чего она хотела, – это сбежать. Но яростная, безоговорочная преданность

он подошёл к её кровати и присел на корточки, чтобы встретиться с ней взг

амообвинений. – В тот день в парке... если бы я

вести и торговле людьми – и всё это с одной-единственной, всепоглощающей целью: найт

жизнью в комнате. Александра была глубоко тронута его многоле

слав, – тихо сказала она

ко сжали её ладонь. Он посмотрел на неё, и в его глаз

не обидит. Если кто-нибудь хоть волосок тронет на твоей голове, я

заемой. Она окутала её, обещая безопасност

приглашении. В следующее мгновение её заключили в общие объятия: отец, мать, три брата – все они держали её, став живой крепостью,

аже в Приморске, Юлиан сорвал с себя галстук и швырнул на стол

оял у двери с подчёркнуто

оманов, всё

ко, жёстко

андре. Она не

отступала, а затем обрушивала на него отчаянную лавину попыток привлечь к себе внимание. Он ожидал

олной, абсолютной тишины. Это выбивало из

вгений, – она ведь только что роди

, чтобы посмотреть в панор

что, всерьёз думает, что это молчание з

о новая тактика, жалка

чать, потребовать, чтобы она прекратила эти детские игры. Но гордость, врождённое выс

н подождёт. Она приползёт

л образ её бледного, заплаканного лица в больнице. Это молчание было аномалией, нарушением привычного порядка вещей, и

челюсти и нетерпеливо бар

атком, в этот самый момент короновали как королеву. Он не знал, что собирал

хода, не подозревая, что она у

он. По-прежнему ничего. С проклятием