Отец женился на моей маме, когда ей исполнилось восемнадцать. Она была прихожанкой, а он проводил причастия. Она пыталась искупить свои грехи, а он с радостью ей в этом помог. И спустя девять месяцев на свет появилась я.
У них колоссальная разница в возрасте - семнадцать лет. Но, несмотря на это, несмотря на его не совсем простой и во многом запретный образ жизни, она влюбилась в него и всецело отдалась семье и браку.
Живём мы в маленькой деревушке возле церкви. Отец любит Бога и заставляет меня следовать прописным истинам Книги Бытия. И я следовала. Ходила на все причастия, на исповеди - даже тогда, когда не считала себя в чём-то виноватой. Но мне приходилось вымаливать прощение у родного отца за закрытой шторкой.
Для меня всё это дико. Но мои родители считают иначе.
А я с самого детства грезила балетом. Мечтала о том, как стану взрослой и самостоятельной. Тогда мне точно удастся вырваться из-под опеки родителей и начать жить полной жизнью.
Строгих правил мне приходилось придерживаться изо дня в день.
Не краситься, не одеваться вызывающе, не флиртовать с парнями, не позволять себе ничего лишнего.
Я должна была соблюдать все десять заповедей.
Почитать и признавать лишь одного Бога. Не создавать себе кумира и не поклоняться ему. Не произносить имени Господа напрасно. Шесть дней работать, а седьмой день посвящать Богу. Почитать отца и мать. Не убивать. Не прелюбодействовать. Не красть. Не лгать. Не желать дома ближнего своего. Ни его жены, ни раба, вообще ничего.
И я так понимаю, что последняя заповедь как раз про измены.
Мои родители верны друг другу. Уже столько лет вместе, душа в душу.
Но вот меня они считают юродивой.
Только потому, что я не хочу быть монахиней?
Я хочу жить, а не существовать. Хочу любить. Хочу однажды родить ребёнка.
Разве это плохо?
- Я хорошая дочь, отец. Мама, ну почему ты не хочешь меня поддержать? Я ведь в свои восемнадцать ещё не принесла в подоле! Вы же так всего этого боитесь! Трясётесь!
- Господь с тобой! Ты что такое говоришь?!
- Ну а если бы это случилось, что тогда было бы? Прогнали бы? Так я сама уйду!
- Куда же ты пойдёшь, дочь?
- Я смогу о себе позаботиться. Я же отличница. С самыми высокими баллами закончила школу! Умнее, активнее и лучше всех! А впереди что? Какое будущее? Никакого!
- Отличница лёгкого поведения! Ева, ты видела себя в зеркале? Немедленно сотри эту помаду! А лучше выбрось её в мусорное ведро. Вульгарный, красный цвет. А платье? Платье твоё выше колен!
- О боже! Папа, оно всего на два сантиметра выше! На улице сорокоградусная жара. Я не хочу издеваться над своей кожей!
- Ты издеваешься над своими родителями.
- Извините, но я для себя всё решила. Я больше не могу нянчиться с Агатой. И не собираюсь.
- Это твоя сестрёнка. Как ты можешь такое говорить?
- Это в первую очередь ваша дочь. Я ей не нянька. Она уже взрослая.
- Ей всего пятнадцать лет.
- Некоторые в этом возрасте уже... - но я не договорила.
- Вот! Вот! Погляди, какая у нас дочь! Она считает, что рожать в пятнадцать - это вполне нормально.
- Извините, но сегодня же я улетаю. Это мой выбор. Можете презирать и ненавидеть меня сколько вашей душе угодно, но своего мнения я не поменяю, - оповещаю свою семью и моментально поднимаюсь из-за стола, чтобы покинуть эту милую совместную трапезу.
- А ну вернись! Немедленно вернись, Ева! - отец ударяет кулаком по деревянной поверхности, но я не собираюсь его слушаться.
Я же плохая!
Так почему бы наконец не подтвердить это действиями?