Книги и Романы KELSEY MAXWELL
Слишком поздно для сожалений: исчезнувшая жена миллиардера
Пятнадцать лет мы с Дамиром были идеальной парой: влюбленные со школьной скамьи, которым все удалось, и преданная жена успешного IT-миллиардера. Пока однажды мне не пришла фотография: молодая женская рука на бедре моего мужа, обтянутом брюками, которые я сама ему купила. После этого его личная ассистентка начала присылать мне нескончаемый ядовитый поток сообщений. Она слала селфи из нашей постели, видео, где он обещает меня бросить, и нагло хвасталась, что беременна его наследником. А муж приходил домой, целовал меня, называл своим «якорем», хотя от него разило ее приторными духами. Он покупал ей элитную квартиру и планировал их семью, пока я притворялась, что меня тошнит по утрам от несвежих гребешков. Последней каплей стала фотография, где он стоит перед ней на одном колене с бриллиантовым кольцом. Прямо в мой день рождения. Как тот робкий мальчишка, который когда-то дрожащими руками обнимал меня на заднем сиденье старого «Форда», превратился в такого хладнокровного и двуличного лжеца? Было ли вообще хоть что-то из наших пятнадцати лет настоящим? Но я не проронила ни слезинки и не стала устраивать истерик. Я тайно сменила имя, перевела все наше состояние в неотслеживаемые облигации и попросила благотворительный фонд вывезти из нашего особняка абсолютно всю мебель и вещи. Я сплавила наши обручальные кольца в единый уродливый кусок золота, оставила на пустой кровати подписанные документы на развод и купила билет в один конец до Португалии. Ты был уверен, что я никуда не денусь и не смогу уйти. Что ж, игра началась.
Раскрываю свои тайные личности! Мои братья лишились дара речи!
Двадцать лет я жила как идеальная наследница богатейшей семьи Романовых. Холодная, отстраненная, безупречная. Пока результаты теста ДНК не выжгли на моей сетчатке приговор: нулевое генетическое совпадение. В тот же день на пороге нашего особняка появилась Алина — настоящая дочь, сутулая, в дешевом платье и с глазами, полными жадного расчета. Приемные родители не стали медлить. Чтобы избежать скандала в прессе, отец швырнул мне чек на миллион долларов как отступные и велел немедленно убираться, подсунув соглашение о неразглашении. «Оставь одежду и сумки, воровка! За них платили мои родители!» — торжествующе визжала Алина, пытаясь выпотрошить мои чемоданы. Меня хладнокровно вышвырнули из Верхнего Ист-Сайда в тесную квартирку в Куинсе, к биологическим родителям Алины — измученной долгами семье, где на ужин делили пару кусков жилистого мяса, а все сбережения уходили на лечение больного брата. Алина и Романовы ждали моих слез. Они упивались своей властью, уверенные, что растоптали никчемную фальшивку, которая без их громкой фамилии и денег просто сдохнет в нищете. Но они крупно просчитались. Они даже не догадывались, что я обеспечиваю себя с шестнадцати лет, а вся моя роскошь давно оплачивается из моего собственного кармана. Ночью, лежа на жестком матрасе в крошечной кладовке и впервые в жизни чувствуя искреннее тепло настоящей материнской заботы, я достала свой зашифрованный ноутбук. Скрывая личность самого влиятельного и неуловимого теневого босса медиаиндустрии, я холодно вбила приказ для своих юристов: обрушить акции корпорации Романовых к завтрашнему утру.
Тридцать восемь разводов, одна измена
Сегодня пятая годовщина нашей свадьбы. И в этот же день мой муж, Артем, в тридцать восьмой раз попросил о разводе. Он делает это ради Ирины, его подруги детства. Женщины, которая в день нашей свадьбы разбила свою машину, после чего больше не могла иметь детей. С тех пор он расплачивается за чувство вины, а ценой стала я. Пять лет я терпела этот круговорот разводов и новых браков. Но на этот раз все было иначе. Ирина столкнула меня с лестницы. Артем нашел меня истекающей кровью и поклялся, что добьется справедливости. Он поклялся, что заставит ее заплатить. Но через несколько дней позвонили из полиции. Запись с камеры видеонаблюдения таинственным образом исчезла. Не было ни улик, ни дела. В ту ночь Ирина организовала мое похищение. Пока ее люди рвали на мне одежду в кузове фургона, мне удалось позвонить Артему. Он сбросил мой звонок. Я выпрыгнула из движущейся машины. И пока я бежала, спасая свою жизнь, истекая кровью на холодном асфальте, я дала себе клятву. На этот раз тридцать девятой свадьбы не будет. На этот раз я исчезну.
Его Отвергнутая Омега: Второй Шанс с Королем
Семь лет я была отвергнутой парой Альфы Кайлана Чернова. Но я никогда не была ему нужна. Он всегда хотел только Ливию, женщину, с которой вырос. Когда Ливия подставила меня, обвинив в краже бесценного ожерелья, Кайлан даже не усомнился. — Ты, мерзкая Омега, — выплюнул он. — Ты не достойна даже грязь с её туфель слизывать. Затем он приказал страже заковать меня в серебряные наручники и бросить в темницу. А Ливия в это время лила крокодиловы слёзы в его объятиях. Когда меня уводили, я увидела, как он вздрогнул. На его лице на миг промелькнула боль от нашего разорванного союза. Но он ничего не сделал. В тот момент умерли семь лет глупой надежды. На следующий день, после того как мама вытащила меня из-за решётки, в аэропорту меня нашёл Альфа-соперник. Он предложил мне должность своего главного стратегического советника. С одной целью: уничтожить империю Кайлана. Я согласилась, не раздумывая ни секунды.
Директор-дьявол: Истинная Любовь
Их встреча запустила механизм их судеб. Он принял её только как замену своей истинной любви, но печаль захлестнула его, когда она ушла от него. Она думала, что удача наконец-то нашла её. Однако мужчина, которого она любила, принял её только как другую женщину. Не в силах больше терпеть боль и отчаяние, она сдалась. Когда вернулась, она думала, что сможет отпустить прошлое, но увидев, как обращались с её малышом, она решила дать ему отпор.
Путешествие к Твоему Сердцу: Очарована Ядовитой Любовью
То, с чего началась их история, было лишь ошибкой. Их брак был лишь деловой сделкой между двумя семьями. Он потерял любимую женщину и обвинил в этом её. Ненависть, гнев и недоверие наполнили их жизнь. Никто из них не предпринимал действий, чтобы сломать лёд. Пока она не решила уйти, к нему пришло осознание того, что она для него значила.
