Я вышла замуж за бедного таксиста, а он оказался миллиардером

Три года я была истинной парой альфы Лаврентия — титул, который он никогда не признавал. Он был влюблен в другую женщину, Розалию, а я была лишь досадным недоразумением, которое он отказывался помечать. В ночь, когда мой отец умирал, я умоляла его о спасительном лекарстве, которое он обещал доставить. Он был с Розалией. Через нашу ментальную связь я слышала ее смех на заднем плане, прежде чем он оборвал меня. — Хватит беспокоить меня по пустякам, — прорычал он. Затем его любовница симулировала болезнь, оттянув всех старших целителей от моего отца. Он умер, пока моя пара выбирала смокинг с другой женщиной. Жизнь моего отца была «пустяком» для мужчины, который должен был стать моей второй половиной. В своей одержимости он стал соучастником убийства. Но он понятия не имел, что я сделала. Несколькими днями ранее, пока он отвлекся на ее звонок, я подсунула один-единственный лист в толстую стопку документов. Он подписал его не читая, и одним росчерком пера разорвал собственную душу. Он только что подписал Ритуал Отречения.

Я принесла домашнее рагу в уединенное поместье моего жениха-Альфы, думая, что он просто устал от подготовки к слиянию наших стай. Но сквозь панорамные окна я увидела, как он счастливо играет на ковре с тайным сыном, а его любовница наблюдает за ними, словно королева. Я замерла, услышав его смех, донесшийся сквозь приоткрытую дверь. «Альбина — всего лишь временная замена, от которой несет антисептиком и страхом. Как только я получу территорию, я отвергну ее». Оказалось, он намеренно не ставил мне метку истинной пары, чтобы легко выбросить меня на улицу. Но настоящий удар в спину нанесли мои собственные родители. Они не только тайно оплачивали виллу его любовницы, но и составили контракт, чтобы после свадьбы украсть мои бесценные медицинские патенты. Для своей семьи и любимого человека я была не личностью, а просто удобной, покорной Целительницей, которую можно использовать, накачать успокоительными и растоптать. Пять лет я подавляла свою внутреннюю волчицу, чтобы вписаться в их идеальный мир, но взамен получила лишь грязное предательство и насмешки. Мое горе стремительно остывало, превращаясь в ледяную, расчетливую ярость. Я не стала врываться в дом и закатывать истерику. Вместо этого я спокойно взломала его сейф, скачала финансовые отчеты и поддельные тесты ДНК его фальшивого «наследника». Этим же вечером я пришла на роскошный день рождения его тайного сына без подарка, но с проектором. Пришло время публично разорвать узы перед всем Советом и показать им, какого монстра они сами спустили с цепи.

Три года мой муж Александр искусно убеждал всех, что я сумасшедшая. Моих родителей, наших друзей и даже моего психотерапевта. Он списывал мои подозрения на тревожное расстройство и ПТСР после нашего выкидыша. Но однажды я нашла в его машине чужую детскую вещь, а затем узнала страшную правду. Пока я оплакивала нерожденного ребенка и горстями глотала антидепрессанты, он тайно воспитывал трехлетнего сына от своей бывшей любовницы. Каждый раз, когда я ловила его на лжи, он с ангельским терпением вздыхал, гладил меня по голове и протягивал таблетки. Он выставлял себя многострадальным героем, который несет крест жизни с больной женой. Все вокруг искренне жалели его, а на меня смотрели с брезгливым сочувствием. Я действительно верила, что теряю рассудок, и годами ненавидела себя за то, что отравляю жизнь такому «идеальному» человеку. Осознание того, что моя мнимая болезнь была лишь тщательно спланированной ширмой для его двойной жизни, пронзило меня ледяным ужасом. Но вместо того чтобы окончательно сломаться, я перестала пить таблетки. Я сделала тайный ДНК-тест, установила скрытые камеры и собрала выписки с его секретных счетов. А затем я разослала приглашения на воскресный семейный ужин для обеих наших семей. И отдельное приглашение — для его любовницы и их сына. Он думал, что сможет вечно держать меня в дураках. Но сегодня вечером его идеальный мирок сгорит дотла.

Я была Архитектором, создавшим цифровую крепость для самого грозного авторитета Москвы. Для всего мира я была молчаливой, элегантной Королевой Бориса Громова. Но потом под столом завибрировал мой левый телефон. Это было фото от его любовницы: положительный тест на беременность. «Твой муж сейчас празднует, — гласила подпись. — А ты просто мебель». Я посмотрела через стол на Бориса. Он улыбнулся, взял меня за руку и врал мне в глаза, не моргнув. Он думал, что владеет мной, потому что спас мне жизнь десять лет назад. Он сказал ей, что от меня «просто есть польза». Что я — бесплодный актив, который он держит рядом для респектабельности, пока она носит его наследие. Он думал, я стерплю это унижение, потому что мне больше некуда идти. Он ошибался. Я не хотела с ним разводиться — с такими, как он, не разводятся. И я не хотела его убивать. Это было бы слишком просто. Я хотела его стереть. Я вывела три миллиарда рублей с офшорных счетов, доступ к которым был только у меня. Я уничтожила серверы, которые сама же и создала. Затем я связалась с подпольным химиком, чтобы пройти процедуру под названием «Tabula Rasa». Она не убивает тело. Она стирает разум дочиста. Полная перезагрузка души. В его день рождения, пока он праздновал появление своего бастарда, я выпила флакон. Когда он наконец вернулся домой и нашёл пустой дом и расплавленное обручальное кольцо, он осознал правду. Он мог сжечь весь мир в поисках меня, но он никогда не найдёт свою жену. Потому что женщина, которая его любила, больше не существовала.

В нашу первую брачную ночь мой новоиспечённый муж, Артём, был пьян в стельку. Моя лучшая подруга, с которой мы дружили двадцать лет, Карина, прислала мне сообщение с практичным советом: дать ему воды с мёдом и уложить спать. Но как только он затих, он притянул меня к себе, его горячее дыхание обожгло мне шею. «Я так, так сильно тебя люблю, Карина», — прошептал он. И тут я это увидела. Татуировку, которой раньше не было, — одна-единственная буква «К», набитая прямо над сердцем. На следующее утро, в мой день рождения, Карина пришла с тортом, её улыбка была сладкой, как яд. После первого же куска моё горло начало сжиматься. Арахис. Она знала, что у меня на него смертельная аллергия. Пока я задыхалась, первой мыслью Артёма было не помочь мне, а защитить её. Он встал между нами, его лицо превратилось в яростную маску. «Да что у тебя с ней за проблемы?» — потребовал он, не замечая, что его жена задыхается прямо у него на глазах. Я пошатнулась, пытаясь дотянуться до своего шприца с адреналином, но он схватил меня за руку, дёрнув назад. «Ты сейчас же извинишься перед Кариной!» Собрав последние силы, я влепила ему пощёчину. «Я беременна, — прохрипела я. — И я не могу дышать».

Рейчел была блестящим врачом и вся жизнь у неё была впереди. После пяти лет заключения в браке без любви, она, наконец, решила, что пришло время развода. По жестокому повороту судьбы, Рейчел также узнала, что одна из её пациенток на самом деле была любовницей её мужа. «Мистер Фу, меньшее, что вы можете сделать, это подождать, пока мы официально разведёмся, прежде чем вы мне измените!» «Миссис Фу, я чувствую здесь немного ревности?» «Просто подпишите документы о разводе!» Рейчел думала, что после развода всё будет хорошо. Однако, они снова оказались в одной постели после того, как её отец настоял, чтобы они жили вместе ещё год. Что случилось после того, как Рейчел вернулась в объятия своего бывшего мужа?