Гоголь

«Я отчаянно нуждаюсь в деньгах, чтобы заплатить за лечение бабушки. Я выйду замуж за Чарльза вместо Ивонн, как только получу деньги». Когда её сестра Ивонн сбежала со свадьбы, Отэм была вынуждена притвориться Ивонн и выйти замуж за Чарльза. Её единственным желанием был развод через год. Чарльз богат и могущественен. Его имя было связано с бесчисленным количеством дам. Он менял девушек как перчатки. Но никто из них не ожидал, что они влюбится друг в друга.

Я попыталась оттолкнуть тяжёлое одеяло, когда острая боль пронзила мой череп. Но настоящий ужас наступил, когда мои пальцы наткнулись на твёрдую, мускулистую грудь спящего рядом мужчины. Я присмотрелась в полумраке, и моя кровь застыла в жилах. Это был Александр Орлов — безжалостный миллиардер, дядя моей лучшей подруги и человек, которого боялся весь город. В панике я сбежала, оставив ему конверт с 5000 долларов и жалкой запиской: «Мы в расчёте». Чтобы найти эти деньги, ведь деспотичный отец заблокировал мои счета, я запросила аванс на работе. Но я не знала, что корпорация Орлова только что купила нашу компанию. Системное уведомление на моем мониторе загорелось красным: «Запрос отклонен генеральным директором. Явиться в кабинет немедленно». Когда я вошла в его роскошный офис, он медленно расстегнул рубашку и повернулся ко мне спиной. На его коже горели три глубокие, кровавые царапины, которые оставили мои ногти прошлой ночью. «Это похоже на ошибку, Елена?» — прорычал он, прижимая меня к холодной стене. Я дрожала от страха и стыда. Я думала, что смогу просто откупиться от него, стереть эту пьяную оплошность. Зачем всемогущему тирану так жестоко играть со мной, загонять в угол и публично унижать, подсовывая мазь от засосов прямо на глазах у своей племянницы? Я рыдала и умоляла его отпустить меня, обещала уволиться и навсегда исчезнуть из его жизни. Но он лишь холодно посмотрел на мои слезы, одним словом отрезая все пути к отступлению. «У меня есть решение обеих наших проблем. Выходи за меня».

Гром над Хэмптонсом трещал, словно ломающийся позвоночник, когда Серафима Серебрякова оказалась в эпицентре катастрофы. Елена Скворцова лежала на мраморном полу, воя от боли и обвиняя Серафиму в попытке убийства её нерождённого ребёнка. Юлиан Островский ворвался в поместье, принеся с собой бурю, и его взгляд, полный льда и ненависти, не оставил жене шанса на оправдание. Он не стал слушать её мольбы, приказав охране выбросить её из дома, лишить фамилии и навсегда стереть из жизни семьи. Пресса уже кружила стервятниками, и Юлиан решил, что изгнание — это милость, которую он ей оказывает. Серафиму вышвырнули в трущобы Кенсингтона, заморозили счета и оставили одну в мире, где каждый вдох давался с боем. Она была раздавлена, но в этот момент отчаяние сменилось ледяным ужасом: тест на беременность показал две полоски. Она носила под сердцем ребёнка мужчины, который считал её убийцей и поклялся уничтожить, если она когда-нибудь вернётся. Она свернулась калачиком на парковой скамейке, защищая живот от холодного ветра, и прошептала в темноту: «Теперь я — всё, что у тебя есть». Три года спустя, когда нужда заставила её принять деньги от умирающей свекрови и вернуться в логово льва, Серафима поняла: Юлиан всё ещё считает её виновной. Но он даже не догадывался, что каждый день её борьбы в нищете был пропитан не только болью, но и тайной, способной разрушить его империю до основания.

После краха империи моей семьи я стала жалкой подопечной Антона Хованского. Он контролировал каждый цент моего огромного наследства, к которому я не могла прикоснуться до двадцати пяти лет или до замужества. На роскошном балу Антон с торжествующей улыбкой объявил о своей помолвке с Катериной — девушкой, которая годами превращала мою жизнь в сущий ад. Официанты презрительно проливали на меня шампанское, светские львицы брезгливо шептались, а смех Катерины резал по живому. Антон смотрел на меня не как опекун, а как тюремщик. Его обещание «защитить» было лишь предлогом, чтобы владеть мной и моими деньгами вечно. Унижение давило на плечи физической тяжестью, а моя позолоченная клетка, казалось, захлопнулась окончательно. Спрятавшись в темной библиотеке, я задыхалась от слез и отчаяния. Мне нужен был щит. Непробиваемая стена, на которую Антон не сможет взобраться. Единственной лазейкой в завещании отца было мое замужество, но кто в здравом уме осмелится пойти против Хованских? В этот момент в дверях появилась фигура Данилы Строганова — самого влиятельного, жестокого миллиардера в городе. И по совместительству... отца моей лучшей подруги. Сгорая от адреналина и горя, я посмотрела в его ледяные глаза и в отчаянии выпалила: — Женись на мне. Я ждала, что он рассмеется или выставит меня за дверь. Но вместо этого самый опасный человек в городе молча подошел к скрытому сейфу, достал брачный контракт и положил его передо мной на мраморный стол. — Подпиши.

Нелюбимый ребенок в семье, невидимка и бунтарка - это все обо мне. Но даже так я никогда не держала зла на свою всеми любимую сестру, желая ей счастья. По жестокому стечению обстоятельств и ужасного предательства со стороны подруги, я оказалась в постели с незнакомым мужчиной и потеряла то, что так тщательно берегла. Тогда мне казалось, что потеря девственности моя самая большая утрата и проблема, но все вмиг перевернулось с ног на голову, когда сестра решила познакомить меня со своим женихом. Им оказался мой ночной незнакомец, который теперь преследует меня и во сне и наяву. Только ночной кошмар подходит к концу на рассвете, как в мою жизнь вторгается Алан и похоже не планирует забывать нанесенное ему оскорбление... или одну единственную жаркую ночь. Список книг вошедших в серию: 1. Моя до кончиков пальцев 2. Моя до последнего вздоха 3. В шаге от тебя 4. Моя любой ценой

После благотворительного вечера я проснулась в пентхаусе нашего безжалостного генерального директора Эрнеста Рокоссовского. Я думала, это конец моей карьеры младшей ассистентки, но вместо увольнения он хладнокровно положил передо мной многомиллиардный брачный контракт. Именно в этот день, отчаянно пытаясь скрыть свою ошибку, я узнала правду о людях, которых любила больше всего. Мой парень Ипполит, с которым мы были вместе три года, клялся, что спал дома из-за жуткой усталости. Но локатор в телефоне показывал, что он провел ночь в квартире моей лучшей подруги Лики. Пока я в панике покупала таблетки экстренной контрацепции и сгорала от стыда, они делали из меня идиотку. Лика присылала мне сообщения о том, как она умирает от боли в животе, а от Ипполита за ужином невыносимо несло ее пудровыми духами. Три года я оставалась в тени. Я редактировала его портфолио, терпела его эго, слушала ложь о том, что нам пока рано появляться вместе на публике. Как я могла быть такой слепой? Почему я так долго позволяла им вытирать о себя ноги? И почему единственным человеком, который позаботился о том, чтобы я поела и безопасно добралась домой, оказался пугающий босс, купивший меня ради пиар-сделки? Я посмотрела на завядший букет, который Ипполит прислал мне для отвода глаз, и внутри меня что-то окончательно сломалось. Я отшвырнула эти цветы ногой и надела роскошное шелковое платье, присланное Эрнестом. Я подписала контракт. Не ради его денег, а потому, что статус жены миллиардера даст мне власть раздавить предателей и добраться до неприкасаемого сенатора, сломавшего жизнь моей матери. Я больше не буду играть роль невидимки.

В день нашей третьей годовщины я приготовила идеальный ужин, но муж отменил всё, сухо сославшись на срочное совещание. Тревожась за него, я открыла локатор и нашла его не в офисе, а в самом дорогом романтическом ресторане города. Он сидел там со своей бывшей девушкой из колледжа. На моих глазах он нежно надел на её запястье сандаловый браслет — тот самый, за которым я летела двенадцать часов в отдаленный монастырь, вымаливая для него защиту и успех. От шока и предательства у меня, на седьмом месяце беременности, прямо в машине начались дикие схватки и отошли воды. Корчась от невыносимой боли, я звонила мужу, но видела через стекло, как он раздраженно сбрасывает мои вызовы, смеется с любовницей и кладет телефон экраном вниз. Я вызывала скорую сама, теряя сознание от боли и страха за ребенка. Мне сделали экстренное кесарево сечение в полном одиночестве, пока моя крошечная дочь боролась за жизнь в реанимации. Очнувшись после операции, я набрала его номер в последней отчаянной надежде. — Юлиан сейчас в душе, — ответил из нашей супружеской спальни самодовольный голос его любовницы. — Что-нибудь передать? Пока я буквально умирала на операционном столе, он привел ее в нашу постель. Прежняя наивная жена умерла в ту же секунду, уступив место ледяной, расчетливой ненависти. Я попросила подругу тайно купить мне самый реалистичный силиконовый живот для беременных. Мой муж никогда не узнает, что наша дочь уже родилась, пока я не заберу у него всё и не пущу его империю по миру.

Я Аида. Мне почти тридцать, не замужем. У меня обыкновенная жизнь, скучная работа и необычное хобби. Я пишу любовные романы , а по вечерам пересматриваю фильмы, где снимается Вячеслав Рубан- известный актер, который играет героев-любовников. Он- моя мечта... Я часто представляю себя на месте главных героинь...Не знаю, либо судьба сыграла со мной злую шутку, либо я вытянула счастливый билет, потому что я и он оказались запертыми на четыре дня в одном лесном домике далеко в горах.

Он не знал никаких проблем в своей жизни: богат, молод, титулован. Но однажды его домашний питомец (для справки - индокитайский тигр!) вылавливает из грязного канала полумертвую девушку. Он бы и рад избавиться от нее, но она потеряла память, не помнит вообще ничего, даже имени. Все проблемы, связанные с ней, безумно раздражают, пока он не понимает, что важнее ее благополучия нет ничего на свете.

После того как мой парень предал меня ради богатой невесты, я с горя напилась в баре со своей лучшей подругой. Утром я проснулась в чужой роскошной постели, а на прикроватной тумбочке лежало свежее свидетельство о браке. Моим законным мужем оказался отец моей подруги - самый влиятельный, холодный и пугающий миллиардер нашего города. Мой бывший тут же заявился в университет, пытаясь силой схватить меня и публично унизить, уверенный, что я всё ещё его покорная игрушка. Его семья когда-то швырнула мне жалкий чек, чтобы я исчезла из их элитного круга. Подруга со смехом уверяла, что мой новый брак - это просто удобная сделка, ведь её отец якобы абсолютно равнодушен к женщинам. Но багровые следы на моей шее и ноющая боль во всём теле отчётливо кричали о том, что прошлая ночь была безумной. Я была в ужасе и полном смятении. Почему этот безжалостный человек согласился на мой пьяный бред в ЗАГСе? Зачем он приставил ко мне своих телохранителей, чтобы публично растоптать моего бывшего? И ради чего он просто так дарит мне целое озеро и разрушенный розарий моей покойной матери стоимостью в миллионы? Глядя в его непроницаемые серые глаза, я поняла, что пути назад нет. Вместо того чтобы убегать в страхе, я решила сыграть по-крупному. Я использую статус его жены и его безграничную власть, чтобы вернуть украденную компанию моего отца и уничтожить всех, кто смешивал меня с грязью.

В семнадцать лет за мной приехал изящный чёрный Bentley. Моя биологическая мать, Эльвира Хейз, наконец-то решила забрать меня из грязного трейлерного парка в роскошный Нью-Йорк. В прошлой жизни я наивно верила, что после долгих лет нищеты наконец-то обрету любящую семью. Но как только я переступила порог их особняка, моя жизнь превратилась в кромешный ад. Они обожали своих идеальных приемных детей, а на меня смотрели как на грязное пятно. Мой сводный брат со смехом ломал мне ноги клюшкой для гольфа, пока сестра притворно плакала, скрывая жестокую ухмылку. Моя родная мать лишь брезгливо отворачивалась, всегда защищая их и обвиняя во всем меня. В конце концов, я заживо сгорела в искорёженном металле, задыхаясь от ядовитого дыма и запаха бензина. До самой смерти я корчилась от боли и не могла понять: зачем они вообще забрали меня, если так сильно ненавидели? Почему моя родная кровь не значила для них ровным счетом ничего? Резко распахнув глаза, я жадно глотнула воздух. Мои легкие всё ещё горели, но я стояла за стойкой дешевой закусочной. За окном Эльвира брезгливо прижимала шелковый платок к носу, выходя из машины. Я вернулась в тот самый день. В этот раз я не буду плачущей сиротой, и когда они попытаются меня сломать, я заставлю всю эту надменную семью ползать на коленях по битому стеклу.